Алексей Одинг: «Путинизм падет, придут голод и разруха»

Без рубрики No Comment

Сегодня в «Открытом пространстве» прошел час политинформации разбор кейсов по делам, связанным с выборами, который проводил общественный защитник Алексей Одинг. И вот что любопытного Алексей Одинг нам рассказал (своими словами попытаюсь передать мысли автора).
Избирательный, значит, процесс, — как работает функциональная схема. Возьмем путинский избирком — кого мы в нем видим? Жулики активные (получают 100 местных тугриков за труды) — раз, жулики пассивные (получают в 10 раз меньше) — два, и, скажем так, «христосик», который готов ничего не получать и даже сам при случае доплачивать (временем своим и силами) — три. Только его одного, «христосика», реально интересует избирательный процесс, а всех остальных ничего, кроме лавэ, не волнует совершенно. Ну, а сами выборы? А сами выборы — это ритуал: два притопа, три прихлопа, пять приседаний, десять поклонов и один раз приложиться к сапогу. Пассивные жулики смотрят на верховного жреца и кивают, а активные жулики бегают в ТИК за указаниями и делают все, что там сказали, а «христосика» изолируют, чтобы под ногами не мешался. Вот так все и работает, но есть проблема: иногда пассивные жулики начинают артачиться, говоря: «А нам говорили, что вот тут два притопа, три прихлопа и целовать сапог, а теперь говорят — еще и пять приседаний, и только потом — сапог. Мы на это не подписывались!» Из 10 пассивных жуликов шесть готовы нести бремя жульничества до конца, а четверо ерепенятся. Тогда их заменяют точно такими же, но, поскольку взбрык обычно происходит в последний момент, то в решениях даже забывают поменять фамилии старые на новые.

Кстати, тайна сия велика есть: как об изменениях в составе УИКа узнает, к примеру, председатель? Или в случае, если назначают нового председателя, который не знает ни старых, ни новых членов УИКа — как происходит их знакомство? Теоретически, в ТИКе лежат все данные о членах УИКов, но ведь они там в строго определенном месте лежат — надо знать, где именно, прийти, взять, открыть, посмотреть. А как коммуницируют между собой ТИК и УИКи, если нет официальной электронки, а журнал входящих почтовых сообщений обычно девственно чист? Чудо чудное, диво дивное, вообще говоря…

А вот еще такая загогулина: выборы требуют денег, а как осуществляется круговорот этих денег в природе избирательном процессе? Выделенные ЦИКом и направленные в субъекты, эти средства затем поступают в ТИКи, а далее куда? Помощь зала — «Поступают на карточку председателю конкретного УИКа». Так вот где собака зарыта — выделяются средства УИКу, но поступают они на какую-то неведомую карточку председателя, который, с одной стороны, является должностным лицом, а с другой, когда его, пардон, за задницу возьмешь, таковым быть сразу перестает — во всяком случае, по его собственным утверждениям. Этакий дуализм: с одной стороны, деньги на чьей-то карте, а с другой, считается, что финансирование поступило в УИК, хотя сами члены УИКа знать об этом не знают. Опять же, тратить средства необходимо по плану (по смете), а затем о потраченном отчитаться: купили занавески (1 шт.) — 10 руб., карандаши (5 шт.) — 3 руб., вознаграждение пассивным жуликам — 1000 руб., и так далее. Смета должна утверждаться коллегиально, хотя далеко не везде так происходит, а после дня голосования наступает, как известно, аврал, и длится он более-менее протяженный период. При этом в течение 10 дней, прошедших со дня голосования, УИКу необходимо отчитаться о потраченных средствах и сдать финансовую отчетность. Как распределить сумму? Понятно, что в соответствии с дежурствами и вообще объемом работы каждого жулика члена: кто-то активно участвовал, кто-то — нет. Также должно быть принято решение о сроках выплат; решением УИКа устанавливаются и так называемые «ведомственные коэффициенты», а еще нужен табель (ведь кто-то больше отработал, кто-то меньше, делить приходится пропорционально времени и с учетом этих коэффициентов). Кроме табеля, потребуется еще расчетная ведомость, а на основании нее — платежная ведомость, где будут расписываться о получении денежных средств, и весь этот набор бумаг — по каждым выборам отдельно (sic!), а предоставить отчет по фактически произведенным затратам необходимо в течение этих десяти дней. Реально ли это, если делать все действительно честно, а не превращать выборы в карго-культ?

Кстати, если в УИКе после выборов остаются какие-то деньги, есть обязанность оформить их как возврат и вернуть, однако далеко не всегда это происходит — так, например, в Адмиралтейском районе Петербурга некоторые председатели УИКов постеснялись это сделать, и теперь с ними судятся.

А какой смысл вообще способствовать тому, чтобы выборы были честными? Не легитимизирует ли борьба с жуликами, равно как и все наши прочие действия, путинскую систему? На этот вопрос есть страшный ответ. Нет, не легитимизирует, поскольку, что бы мы на данный момент, после прохождения точки невозврата, ни делали, это не играет особой роли для нашей нынешней жизни, но будет играть основную роль в дальнейшем, поскольку режим путинизма в России обречен, его ожидает неминуемый крах. Когда и в результате чего этот крах произойдет, неизвестно, хотя почти очевидно, что это случится еще при нашем поколении, и что вряд ли Карфаген рухнет благодаря потугам оппозиции. А что будет после? Хаос, развал, разруха, голод — все это некоторые из нас уже проходили в не столь уж и далеком по историческим меркам прошлом. Одним из средств преодоления гуманитарной катастрофы в прошлый раз стала помощь стран Запада, которая в силу неожиданности процессов, протекавших на постсоветском пространстве, была фактически бескорыстной, благотворительной. На сей раз все будет иначе — помощь станет сугубо меркантильной, направленной на достижение одной-единственной цели, речь о которой пойдет ниже. И вот, чтобы эту помощь отправлять не на «деревню дедушке», а кому-то, кто будет ее распределять должным образом, нужны законно избранные органы власти, имеющие кредит доверия и внутри страны, и вне ее.

В свое время мы допустили ошибку — позволили Ельцину разрушить принцип сменяемости власти. Танками парламенты не меняют, и парадигмами из разряда — «Кто угодно, только не Зю» — в подлинно демократическом обществе не руководствуются. Как результат — мы получили несменяемого президента, которого забрала биологическая реальность, и второго президента заберет она же, нужно лишь подождать какое-то время. Как мы воспользуемся этим шансом? Шансом, который был предоставлен распадом СССР, воспользовались крайне бездарно.

Кто-то спросит — если так, почему же путинизм до сих пор не пал, несмотря на все возгласы идейных противников и оппозиционных публицистов, предрекающих «распад РФ» едва ли не по пять раз на дню? Тем более, раньше этот режим куражился внутри страны, а теперь он выполз наружу, и не нашло никого, кто соизволил бы свершить хоть какую-то справедливость…Лично мне было совсем нетрудно ответить на этот вопрос, и я здесь оказалась права — прежде всего, он не падает благодаря армии (какой бы слабой и беспомощной она ни была) и наличию ЯО. После того, как системе придет конец, помимо бесконтрольного ЯО, до которого будет способен дорваться кто угодно, результатом станет 140 миллионов беженцев, ринувшихся в сопредельные страны. Уже ради того, чтобы эти беженцы сидели у себя дома, развитые страны будут готовы — на этот раз с чисто рациональных позиций, само собой, — оказывать гуманитарную помощь. Отсюда, кстати, следует ценный вывод для тех, кто привык готовить пути отхода заранее: заблаговременно обзаводитесь вторыми гражданствами (впрочем, кто был способен это сделать, давно уже соизволил, а все остальные не могут или не хотят, а значит, с довольно высокой долей вероятности просто погибнут). В этой новой действительности кого быстрее «поставят» на управление — лидера, который провозглашает громкие и красивые лозунги, но понятия не имеет, где находится, к пример, Ленинградская АЭС, или условного ФСБшника Сидорова, никому не известного, зато эту самую АЭС непосредственно контролирующего? Вот потому-то к моменту краха должно быть сформировано четкое представление о том, как работает избирательная система и как ее улучшить, чтобы эти первые выборы были демократическими.

З.Ы. Не вполне согласна с автором лишь в тех его рассуждениях, которые касаются голода и разрухи. Чтобы в такой богатой стране, как Россия, сотворить голод и разруху, нужна чья-то злая воля, и в таком случае носителя этой воли проще обезвредить, чем устранять последствия его деяний. Впрочем, история показывает, что это не всегда удавалось своевременно, и тогда, — да, и голод, и разруха, и прочие такие ужасы, которых и врагу не пожелаешь. А нарушение принципа сменяемости власти давно царит не только на вершине вертикали, но и в самом ее низу — в отдельных регионах губернаторы правят разве что не десятилетиями, да еще имеют наглость уповать на третий срок. Допустим, на Новгородчине, что соседствует с Ленинградской областью, опротивевший жителям губернатор Митин правил с 2007 года, и сняли его лишь потому, что так решено было в Москве. И мало кто сомневается, что из Москвы теперь пришлют очередного варяга-подонка, который продолжит лгать, жульничать и обирать народ.

Related Posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.