Работающая бедность в РФ

Без рубрики No Comment

На днях один из ресурсов Сети разместил объемный материал с многочисленными примечаниями, посвященный так называемой «работающей бедности», которая определяется как «нездоровое состояние экономики государства, при котором наблюдается одновременно и аномально низкая безработица, и низкий уровень жизни большинства граждан». Любопытным мне показался и сопроводительный текст, столь редкий в наше время всеобщего копирайта — «Любой материал с данного сайта можно свободно распространять без приведения ссылки на данный сайт и/или указания авторства (разрешается любое использование для любых целей)». В представленных материалах подробно анализируется в разрезе различных профессий (среди которых — инженеры, рабочие, медицинские работники, программисты, пилоты, дальнобойщики и другие) практика искусственного занижения уровня оплаты труда этих специалистов, осуществляющих трудовую деятельность в нашей стране, и, приводя весьма убедительные аргументы, авторы доказывают удручающий своей безвыходностью тезис — «Работающая бедность в РФ носит проектный характер и насаждается осознанно как исполнительной ветвью власти в РФ, так и российскими бизнесменами», в то время как западным государствам, с которыми так любят проводить аналогии самые ярые из патриотов, этот заведомо негуманный подход абсолютно чужд.

Я хорошо помню, как в 2001 году, будучи десятиклассницей, посещала по обмену город Билефельд. Семья, принимавшая меня, состояла из разведенной женщины среднего возраста и двух ее детей — 18-летнего сына Матиаса и 15-летней дочери Бритты (Бритта в тот момент, когда я приехала в Германию, дома отсутствовала — она проходила обучение в Париже, которое, кстати, было для ее семье небесплатным). Жила эта семья в просторной пятикомнатной квартире, ни в чем не нуждаясь. Странность состояла в следующем: чтобы обеспечить своих детей всем необходимым, отправить дочку обучаться во Францию, не говоря уж о доступе к такой роскоши, как личный автомобиль (что в нашей стране без привлечения кредитных средств не каждый может себе позволить), этой даме не приходилось вкалывать 24\7 без передышки. Рабочий день ее составлял 3 (три — sic!) часа, пять дней в неделю, и занималась она, если мне не изменяет память, тем, что плела какие-то фитюльки из соломки в фирме, которая затем реализовывала готовый продукт. Правда, кое-что в семейный бюджет вносил и отец детей (вероятно, в виде алиментов), но его профессия тоже не блистала престижем — он трудился учителем истории в местной школе, и в России зарабатывал бы копейки, но Германия — не Россия, поэтому предполагаю, что его доход был приличным. В дальнейшем меня пригласили домой к школьной подруге Бритты — Карин, жившей вместе со своей матерью в шикарно обставленном трехэтажном особняке, какие в России обыкновенно у судей бывают да у глав исполнительной власти регионов, в то время как мама Карин работала всего лишь медсестрой в госпитале (ночные смены там особенно хорошо оплачиваются).

Авторы материала о работающей бедности дополняют мои детские впечатления конкретными цифрами, вполне укладывающимися в рамки увиденного (зарабатывая полсотни тысяч долларов в год, наверняка можно позволить себе коттедж в кредит):

«Медсестры в Пензе получают от 16 000 до 19 000 рублей в месяц. А какими должны быть реальные рыночные з/п у медсестер? Давайте посмотрим статистику. В Австрии медианные медсестры получают $61 249 в год. В США медианные медсестры получают $78 614 в год. Во Франции медианные медсестры получают $51 483 в год. В Новой Зеландии медианные медсестры получают $98 093 в год. Медианные — это самые обычные, самые посредственные, не обладающие какими-либо особыми достижениями. Таким образом, общемировая практика заключается в том, чтобы платить самым обычным медсестрам от $4 290 до $8 174 ежемесячно. Это нормально, это рыночно, это по рынку».

Теперь обратимся к российской статистике, или даже возьмем более узкий диапазон, рассмотрев доход соотечественников на примере конкретной области, в которой имеем честь (или, напротив, несчастье) проживать:

«Новгородстат опубликовал данные о средней заработной плате новгородцев в июне 2017 года. Она составила 29 963,8 руб., что на 2% больше, чем в мае, и на 6,6% выше, чем в июне прошлого года».

Обратите внимание — Новгородстат обнародует данные о средней зарплате, рассчитываемой исходя из общего дохода всех жителей области, куда включается и врио губернатора Никитин с его коллегами-чиновниками, за весьма достойное вознаграждение протирающими кресла в роскошно обставленных кабинетах, и санитарка «Азота», от зари и до зари вынужденная убирать за больными, довольствуясь минимальным размером оплаты труда, а в итоге получается неинформативный показатель, составляющий порядка тридцати тысяч рублей на душу, — этакая средняя температура по больнице, безотносительно того, где проводятся эти измерения — в морге или в кювезе. Почему же Новгородстат не бравирует медианным доходом (уровень, выше и ниже которого получают доход одинаковое количество работников) — тем, который открыто публикуется в странах Запада и приводится в цитируемом материале? Почему в средства массовой информации почти никогда не попадает информация о модальном (чаще всего встречающемся в выборке) доходе? Не потому ли, что эти цифры просто стыдно озвучить, ведь медианный и модальный доход составляют двадцать и тринадцать тысяч рублей соответственно, и даже они на сайте Федеральной службы государственной статистики они отмечены символичной характеристикой — «бедность»?

[Средний, медианный и модальный доход в РФ — график из блога burckina-faso.livejournal.com]

Следует отдельно остановиться и на принципиальной позиции губернаторов, запрещающих иностранным компаниям увеличивать размер фондов оплаты труда — как, например, в приведенном авторами материала примере с заводом Ford, расположенном в Ленинградской области, где в связи с забастовками намеревались изменить объем ФОТ с 5-7% до 12%. На первый взгляд, протест глав регионов нелогичен и ни на чем не основан, хотя и, в полном соответствии с выводами авторов, направлен на культивацию «работающей бедности». В качестве иллюстрации ими приводится заявление бывшего заместителя губернатора Ленобласти, который фактически открытым текстом заявляет о своем несогласии с тем, что рабочие станут жить лучше, и еще задолго до нынешней патриотической истерии пытается разглядеть в деятелях профсоюза представителей «пятой колонны»:

«Экономически их требования необоснованны. Средняя зарплата в отрасли машиностроения в регионе составляет около 17 тысяч рублей, а средняя зарплата на Ford составляет около 24 тысяч рублей. Профсоюз завода зависим от конкретных политических сил».

«В итоге местные губернаторы запретили строго-настрого поднимать з/п, на ковер вызывали иностранцев из филиалов и распекали их, отчитывали», — продолжают резать правду-матку исследователи наболевшего вопроса, — «Губернатор области устраивает психоз, прибегает к владельцам завода и выкручивает им руки, запрещает 50 000 делать, заставляет вернуть 21 000 — «медианную з/п по субъекту РФ в данной конкретной отрасли». Губернатор панически боится того, что если частные компании начнут платить россиянам достойно, то все рабочие и инженеры массово перебегут в частные компании с оборонных предприятий, НИИ, оборонно-промышленных КБ, заводов ВПК РФ».

На самом деле, столь подозрительные действия губернаторов, явно не направленные на повышение уровня благосостояния населения, легко объяснимы: к средней заработной плате на производственном секторе (и в экономике региона в целом) привязаны и зарплаты бюджетников, — сделано это посредством специальных индикаторов, установленных в бюджетной сфере, в то время как налоги, из которых зарплаты бюджетников отчасти и формируются, иностранная организация, имеющая на территории страны обособленные подразделения, чаще всего уплачивает в Москве, причем уплачивает в целом по операциям всех находящихся на территории РФ обособленных подразделений. Необходимо либо отменять привязку зарплат бюджетников к среднему значению по региону, либо разобраться с местами уплаты налогов и представления налоговой отчетности (что неминуемо повлечет урезание аппетитов столичных чиновников).

На сегодняшний момент ни законодательные органы власти, ни даже сам гарант Конституции не озаботились решением этой проблемы, и посвящают свое время любому популизму, кроме принятия и реализации нужных обществу законов, направленных на искоренение в стране «работающей бедности». Именно поэтому российские пилоты, — кстати говоря, лишенные права вернуться и продолжить трудовую деятельность на родине (есть запрет принимать на работу «возвращенцев»), отправляются за лучшей долей в Китай, а отечественные фермеры на последние деньги покупают солярку, чтобы сжечь свой урожай. Используя метафору известного сериала, можно резюмировать — бессмысленно пытаться как-то остановить это колесо или менять в нем спицы. Оно просто должно быть разрушено, и чем скорее — тем лучше.

Related Posts

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Рубрики