Изучая биографию Шверника: работа на заводе Дюфлона

Без рубрики

Недавно вновь перечитывала биографию Роберто Ороса ди Бартини и в очередной раз удивлялась ее загадочности: двойное усыновление, участие в Первой мировой войне, русский плен, интернирование на Дальний Восток, бегство в Италию, жертвование всего полученного наследства в пользу итальянской компартии, возврат в Советский Союз в 1923-м, через некоторое время — арест, шарашка, масса гениальных изобретений и смерть на чужбине. Уже в дальнейшем стали появляться предположения, что многие из этих сведений — фейковые, как выразились бы в наши дни, а происхождение Бартини связано с дважды сменившими вероисповедание подданными Австро-Венгрии Адольфом и Белой Шнобелями…Покрыты мраком ранние годы биографии и других знаменитых деятелей «Империи зла» — в частности, я уже как-то уже упоминала о Швернике и о том, что он мог приходиться родственником прапрадеду, Абраму Бахмендо — так, мой дед незадолго до смерти заявлял, что до 1937 года Абрам Бахмендо и Шверник, якобы двоюродные братья, состояли между собой в переписке. Прямо-таки по Галковскому:

«То есть супруга члена особого Совета 33-й степени русских лож Древнего и Принятого Шотландского Устава и прочая и прочая в октябре 1952 года калякает в Новодевичьем монастыре с митрополитом Крутицком о его близком друге товарище Швернике. Как тесен мир!»

Однако официальная биография Николая Шверника никак не бьется с этими данными, а напрямую им противоречит. Ее краткие вехи таковы:

«Еще один представитель староверческой среды – Николай Шверник. На самом деле его фамилия Шверников: у отца обнаружилась путаница в метрических данных, отразившаяся затем и в документах. Подобные недочеты характерны прежде всего для старообрядцев, не желавших своевременно регистрировать метрические записи в гражданской и духовной администрации. Отец будущего видного большевика работал на питерских фабриках, мать Глафира Шершинина — ткачиха. Сам Николай Шверник с 1902 по 1910 год трудился токарем на петербургском электротехническом заводе Дюфлона. Рабочий контингент этого предприятия состоял из таких же русских, как Шверник, и эстонцев, адаптированных к промышленному производству. Любопытно, что многих русских рабочих звали по кличкам, потому как фамилии их оставались неизвестными. Этих пролетариев уважали, обращались к ним за советом по всяким житейским вопросам. Один из них, Павел Нилович по прозвищу Вычитал (так как выделялся начитанностью), и стал наставником юного Шверника, приобщив его к социал-демократическому движению. После революции Шверник руководил советскими профсоюзами, а после смерти Калинина стал председателем Верховного совета СССР.»

Эти скудные данные позволили мне сделать кое-какие запросы в ЦГИА СПб (пока не кончился пропуск), и оными я хотела бы с вами поделиться. Прежде всего, я еще в позапрошлом году сделала туда запрос по поводу метрической записи о рождении Шверника(-ова) Н.М., — если его родители, как утверждается в некоторыми исследователями, происходили из старообрядцев, или, по крайней мере, были христианского вероисповедания, значит, таковая метрика должна находиться в одной из церквей. Однако после направления запроса выяснилось, что церковь, где искать метрику, должен указывать сам заявитель, а мне она, к сожалению, неизвестна. Я знаю лишь, что Шверник родился в многодетной семье Глафиры Шершининой и Михаила Шверникова, где-то на окраине Петербурга, но окраин много, как и соответствующих церквей. В итоге в запросе мне отказали за недостаточностью сведений, и пояснили, что без точного указания церкви, в которой происходило крещение, факт рождения подтвердить невозможно. Оставалось еще несколько путей для более полного исследования биографии — просматривать списки учащихся четырехклассных училищ и церковно-приходских школ, не забывая при этом о хронологии: Шверник родился в 1888 году, но уже в 1902-м отправился работать на завод Дюфлона. С этим было проще всего — дела, в которых содержались именные списки рабочих, доступны в ЦГИА СПб, требовалось только заказать их и просмотреть, чем я и занялась:

дело №1011 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1012 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1013 (Фонд 1172/Опись 1)
дело №1014 (Фонд 1172/Опись 1)

В один прекрасный день меня пригласили в читальный зал и выдали тяжеленные тома вот такого примерно формата, в которых предстояло внимательно исследовать лист за листом:

Я начала с самого скромного по объему дела, принявшись фотографировать листы, хотя сначала следовало бы взглянуть на надписи на обложках дел — зачастую это значительно облегчает работу. На страницах были приведены данные рабочих и служащих в печатном виде, и одно дело (№1014) я пересняла целиком, — так что, если у кого-то прародители работали на заводе Дюфлона в 1905-1917 годах, могу скинуть фото, чтобы вы смогли их там отыскать:

Я взяла следующий том (дело №1012), на обложке которого значилось — «Книга именного состава рабочих (имеются сведения о работе Шверника Н.М. — л.104 об.105)»:

Вот как выглядят записи в нем, — разбирать их значительно труднее:

Ввиду сложностей с прочтением и, дабы не мудрствовать лукаво, я сразу открыла 104-ю страницу, где и обнаружила искомое:

В детализированном виде: «с 14.IV.1908 года. Шверников Николай Михайлов, ученик, а с 1 января 1906(??) года — токарь. Лет — 14, местожительство — Выборгская часть, Большой Сампсониевский пр, д.39, кв.10».

На соседней странице размещались следующие сведения: «Установление, выдавшее вид — Двинский Литуанский староста, г. Двинск; время поступления — 30 декабря 1902 года, время и причина выбытия — 13 марта 1910 года, по собственному желанию»:

Приличия ради сделав снимки еще нескольких страниц, я поблагодарила сотрудника архива и отчалила. Выходит, эта ветка оказалась тупиковой, и ее разработка привела не к тем данным, которые планировалось получить. И все же, я смею надеятся, что когда-нибудь обещанные сумбурные наброски оформлятся в стройное и последовательное повествование.

Related Posts